Мысль изреченная есть ложь

Я растворюсь в тебе, как в сизой дымке Пурги, ветров и снежных вьюг, Растаю на руке прозрачной льдинкой, Ты только дай моей Душе приют… В растерзанной судьбе прими участье, Лечи простуду всех моих обид, Сними с меня заштопанное платье Претензий, слез, печали и молитв… Зажги свечу и нашепчи на ушко, Что не страшна нам Зимушка – Зима, Чтоб я уверовала: только Ты мне нужен… И докажи мне: Я тебе нужна… 

Грустно в доме ночном. Лишь часы на стене Мерно, как метроном, Счёт ведут в тишине. Мы в плену временном И в весеннем огне… Дни идут – не забыл: Я лгала – ты любил.

  Разбежаться– взлететь,  оттолкнуться и прыгнуть, Чтоб  спасти не смогли, не успели за крылья схватить, Промолчать, ничего не сказать, но  постигнуть, Что улыбкою можно кромешную тьму осветить. Греть в ладонях холодные слёзы капели, Лёд души после зимнего сна растопить И живительной влагою сбрызнуть, чтоб пели Её фибры, уставшие тайну хранить. Окунуться блаженно, надолго смутив зазеркалье, От условностей мира отречься, запрет преступить, Утонуть в этих милых глазах, почитая за счастье В них смотреть, наслаждаться, читать, понимать и любить.

Заглянуть в Ваши глаза, Оказаться снова рядом, Видеть Вас и наслаждаться Ласковым и нежным взглядом, Слышать голос Ваш прекрасный И внимать все Ваши речи, Как девчонка, волноваться, Быть и глупой, и беспечной, Шёлк волос ловить губами, Закружиться в танце тела И любимой быть лишь Вами… Как я этого хотела! Я молюсь пред небесами: Пусть уйдёт печаль и вьюга. Может, Вы поймёте сами, Как нужны мы друг для друга?

Ты всё так же рвёшься в облака – Только груз забот уж лёг на плечи. Жизнь на вкус бывает и горька, А волшебный день сменяет вечер. И судьба подарков на века Не сулит от каждой новой встречи… Дар бесценный жить ты получила – Так   храни всё то, что сердцу было мило.

Впереди лишь тупик, он простёрся от края до края. А назад оглянусь –  всё ушло, кто ж его разглядит! Лишь огарок свечи на столе тлеет, ночь доживая, Если ты не придёшь, мрак меня навсегда поглотит. Нет особой надежды на счастье с чужим и далёким. Только глупым мечтам не прикажешь оставить мой дом. И живут много дней,  режут сердце, как руки ос о ка,  Наполняют его болью, радостью, грустью,  теплом.

Ты знаешь, тебя не любить невозможно, А встретив однажды, нельзя  позабыть. Я это открыла тем утром тревожным, Позволившим радость и боль пережить. Не будет ответа на чувства скупые… Но всё же свиваю фантазий венок, Вплетая твой взгляд, и глаза озорные, И сильные руки, шаги твоих ног… Мой мир – для меня.  Он тебя не обидит. Меня же пьянит, как пьянит «Каберне»! Его даже острый твой взгляд не увидит, А я отдыхаю в придуманном сне. Во сне я тебя обниму осторожно, Губам своим нежность позволю излить. Такого, как ты, не любить невозможно, А встретив однажды, нельзя  позабыть.

Я хочу быть твоею Музою, Что приходит под утро в шифоне. Не страдалицей, не обузою - Ярким солнцем на небосклоне. Я хочу быть твоею Тайною, Что хранишь за семью замками. Не попутчицей, не случайною - Звонкой песней с живыми стихами. Я хочу быть Звездой путеводною, За которой последуешь всюду. Я хочу быть твоей Свободою, И я верю, что ею буду!

А в твой мир мне дороги нет… Дождь стучит иль метет метель, На вопрос: “Как твои дела?” Слышу вечное: “Всё окей!” “Всё окей!” черной пеленой Укрывает картину дня. И кричит этот слог простой: В твоём мире –   не до меня.

Слезами написаны грустные строки О том, что не будет уже никогда, Напрасны надежды ­– уж вышли все сроки, Солёные капли – всего лишь вода. Не стоит их лить понапрасну. Е два л и Изменишь ты то, что нельзя изменить. И если тебя до сих пор не позвали, Найди в себе силы мечту отпустить.

Ты просила его у Вселенной. Для души иль для тела - как знать! И звучала мольба вожделенно: "Я любимым его буду звать! Буду звать я его "моё счастье", "Моя радость", "мой мальчик родной". И мельчали земные напасти Перед этой безумной мольбой. Что ж теперь? Получи, что просила! Что же сжатые губы молчат? Где теперь облака слов красивых? На щеках только слёз водопад...

А мы живём словно взаймы; Даём в долг мысли, чувства, силы.. У нас с тобой нет слова МЫ. А очень хочется, чтоб было.

Я буду все равно тебя любить, Каким бы ни был слог твой пресно-сладкий. Ты чудо, что зовет меня творить, Ты стимул, что не приручён порядком. Ты будешь   все равно во мне всегда Хоть мне порой мешает чьё-то мненье Ты нужен мне, как воздух и вода, Любим любой, ведь ты моё творенье.

Никогда я не буду  прежнею В вихре дней, что бегут безудержно. Все мечты   мои ­ – безуспешные, Всё, что слышу я, – словоблудие. И живу я теперь неправильно, На тебе, мальчик мой,   помешана. По чужим я играю   правилам. Не хочу, но должна, конечно же. Я пройду, не смутив спокойствие, Не сказав того, что так хочется… Лишь глаза твои   греют душу   мне, Как лекарство от одиночества.

Рассеянна, и нервно дышит грудь, Стучит в висках обида, злость и боль, Отважишься ли ты когда-нибудь Коснуться той, что грезит лишь тобой. Она с трудом смиряет эту страсть, Дышать ей трудно от тебя вдали. А ты?! Тебе в ребячество не впасть, Ты так   далек и сжег все корабли. Она тебя не станет упрекать И будет ждать и коротать свой век.   Л и шь будут губы жадные шептать: “Мой дорогой, родной мой человек!”

Подари мне, пожалуйста, звёзды, Что сияют   – что день, то выше. Не спеши говорить, что поздно, Несерьёзно гулять по крыше. А ещё подари мне небо, Где рассвет красным золотом брызнет, А за это возьми моё сердце Без тебя в нём не будет  жизни.                               

Грусть-соседка отворила дверцу И укрыла бархатным крылом. Под зеленым пледом с болью в сердце Заставляет думать о былом. На губах как будто привкус перца, Нить судьбы   завязана узлом. Свежие следы уходят вдаль – Не понять тебе мою печаль.

На тебя мне хочется смотреть бегло или пристально и жадно, Чтоб глаза и губы лицезреть   и улыбку, что манит нещадно. О тебе мне хочется мечтать,   как о   солнце на исходе лета, Как о влаге в сушь   иль   о   волн е, что снесё т препоны и запреты. Мне с тобою хочется дышать в унисон или поочередно , И к огню, как бабочка лететь,   на край света! Да куда угодно!